Night

Jul. 24th, 2017 11:41 am
ygam: (Default)
I was talking to someone online on Saturday about mental retardation, and mentioned that retarded people have sexual needs and desires, as do healthy people, even though they may not be able to articulate them as clearly. I wanted to give a link to an English translation of this story, but discovered that there isn't one online that is available for free. Then I decided to do an amateur translation, check out a collection of stories from the library that has a professional translation of this story, and compare the two translations word-by-word.

Tatyana Tolstaya

Night
... )
ygam: (Default)
Почистил старый перевод "Радостей детства". Боже, сколько в нем было ляпов!

Не знаю, хорошо в конечном итоге получилось или плохо, но getting there is all the fun.
ygam: (Default)
У меня несколько лет в шкафу стоял трехтомник "Сто Казок" издательства "Абабагаламага". Потом я услышал, что при украинской церкви в Сан-Франциско открывается школа, и подарил этой школе трехтомник, но перед этим его перечитал. Там много хороших сказок; две я перевел на английский:

Nightingale's Advice

A Ukrainian tale

A man caught a nightingale and wanted to eat it. The nightingale said, "If I give you three pieces of advice, will you let me go?" "All right," said the man. "First, don't try eating that which is not fit to eat. Second, don't yearn for that which you have lost and cannot get back. Third, don't believe impossible things." The man liked the advice and let the nightingale go.

The nightingale then bolted straight up and said, "What a fool you are for letting me go! If only you knew, how tasty I am. Also, there is a large pearl inside of me. If you had killed me and taken the pearl, you would have gotten rich."

The man ran after the nightingale trying to catch it again, but the nightingale flew away from him. When the man ran out of breath, the nightingale said,

"You forgot my advice as soon as you heard it. First, you tried to eat a nightingale, a bird that is only fit to eat for stray cats, not people. Second, you lost me and could not get me back, but you still yearned for me. Third, how can a small bird like me have a large pearl inside? It is impossible, but you believed it."

Having said that, the nightingale flew away.


The Magic Purse

A Ukrainian tale

There was once a poor man. One evening he shut his eyes and sighed, "Why am I so poor? Why is my lot so hard?"

Just then, a faint voice sounded in his ear. "Open your eyes. There is a magic purse in front of you with a gold coin inside. If you take it out, another will appear, and another, and another. You can take out as many coins as you want. Remember, however: before you spend or give away any of them, you must throw the purse into a river. If you don't, the gold will disappear as soon as you try to spend it or give it away."

The man opened his eyes and, indeed, there was a purse in front of him. He put his hand inside, felt a coin and took it out. He put his hand inside again, and there was another coin there, and he took it out, too. The man spent two nights and two days taking the coins out. By the end of the second day he was very hungry, and was about to go into town to throw the purse into a river and buy some food at the tavern with the gold. However, the thought that he would have no more of the gold from the magic purse frightened him and made him overcome his hunger.

The man starved to death a week later amid piles of gold. As soon as he died, the gold and the magic purse disappeared as though they had never been there.
ygam: (Default)
Когда я выложил этот перевод в ЖЖ и дал ссылку в комментариях у одного топ-блоггера, его перепостили в ЖЖ-сообщества apocalypse-cult и nationalistjews.

Амири Барака

Негр создает новых богов

Атеисты евреи предатели наши тайны украли
через пустыню слепящую откочевали
их разгласили и гомочурками стали
Смерть Пидара
на кресте они нам предлагают. Поклоняться. Мертвым нам
замаскированным. Нас заставляют
поклоняться
дохлому еврею
а не нам самим
прикованным к щедрости
нечеловечески
безумных цепей
дохлых евреев
и свои желания
слинять
с нашей силищей
с нашими тайнами и знанием
они превращают в крикливую
рекламу пустых фабрик
пустой еврей
нас предает
корчась по-дурацки
на кресте, в газовой камере, кривляясь
над нашими муками
так четко, кинематографично евреи
делают это на славу, гордясь белизной своей
некузявости
нету
связи
с негритянским святым духом
который их сотворил
из грязи интуиция
что говно
пригодится

Роботы пиарят робота
себе подобного, будто мы -
как он, отвратные
как они. Продают картошку
и живой товар, хитрожопые
хвалятся, что знают арифметику
высосанную из арабских мозгов
Хуй сосите. Мы вам еще
рыло начистим
в порошок сотрем
свяжем веревками
наклеим ярлык
"Опасная бацилла"
И в холодильник спрячем.

Амири Барака

Оригинал находится Гуглем по ключевой фразе "Atheist jews double crossers".
ygam: (Default)
Году в 1997 я ошивался на англоязычном форуме, и перевел Шевченко верлибром. Потом я на сайте какого-то канадского университета увидел стихотворный перевод, но, честно говоря, мне мой собственный больше нравится. Kezlev - это по-крымскотатарски Евпатория; это мне рассказал одноклассник, который не пошел на добровольно-принудительный митинг в поддержку Кучмы.

Taras Shevchenko

Kateryna has a house...

Kateryna has a house
With a wooden floor.
From the glorious Rapids Host
The guests rode in.
One was Simon the Barefoot,
The second Ivan the Naked,
The third the famed widow's son
Ivan Yaroshenko
"We've ridden through all of Poland
And all of Ukraine,
But haven't seen another woman
Like this Kateryna."
One says, "Brother,
If I were rich,
I would give up all my riches
To this Kateryna
For a single hour."
The second says, "Friend,
If I were strong,
I would give up all my strength
To this Kateryna
For a single hour."
The third says, "Children,
There is nothing in the world
That I wouldn't do
For this Kateryna
For a single hour."

Kateryna gave this a thought
And says to the third one,
"I have my only brother
In enemy dungeon.
In Crimea he is rotting,
Who would get him out,
Cossacks of the Rapids,
He will be my husband."
The three of them rose,
Their horses mounted,
And rode away to free
Kateryna's brother.
One drowned
In the mouth of the Dnieper,
The second in Kezlev
On a stake was impaled,
The third, Ivan Yaroshenko,
The famed widow's son
From slavery cruel
From Bakhchysarai
Is freeing the brother.

In the early morning creaked
The doors of the house.
"Get up, get up, Kateryna,
Go meet your brother."
Kateryna looked at that
And cried out loud,
"He isn't my brother, I fooled you,
He is my beloved."
"You fooled me?" To the ground
Kateryna's head rolled.
"Let us get out
Of this foul house."
Away rode the Cossacks
Chasing the steppe wind
Kateryna the black-eyebrowed
In a field they buried
And in the steppe took an oath
And became blood brothers.
ygam: (Default)
Перечитал-пересмотрел сборник Теру Mr. Bones. Там есть два собрания коротеньких рассказиков, одно про любовь, а второе - про все на свете. Я несколько из них пытался в позапрошлом году переводить с помощью друзей, но мои переводы много критиковали. Выложу-ка я их, и почищу на свежую голову.
... )
ygam: (Default)
Один из моих любимых писателей уже года 22 - это Пол Теру (Paul Theroux). Из-за юзерши [personal profile] oryx_and_crake я только что прочитал трилогию Маргарет Этвуд про Орикс и Коростеля, но трилогия на меня не произвела сильного впечатления; действие романа Теру O-Zone происходит в мире, похожем на мир трилогии до катастрофы, и этот роман на меня подействовал гораздо сильнее. Вот - один из моих любимых рассказов в сборнике Mr. Bones. Кто такие вахинди, понятно?

Пол Теру

Нынче мертвецы не умирают

В поисках дичи я весь день прошагал с копьеносцем Енохом через саванну с низкорослыми колючками и выпирающими термитниками в человеческий рост на песчаных дюнах, пробиваясь сквозь кучки твердого, как камешки, черного помета. Я видел отпечатки лап вспуганных птиц, борозды в мелком гравии, оставленные трясущимися змеями, но не заметил признаков присутствия ни одного зверя крупнее зайцев, оставивших помет и отпечатки подушечек на песке среди струящейся травы. Ни одного следа львов или гиен или даже собак.

- Я тебе все расскажу, - сказал Енох со стыдом, чуть ли не со страхом в голосе. И он все объяснил.
... )
ygam: (Default)
Постепенно буду сюда выкладывать и чистить свои переводы.

Меня однажды спросили, смогу ли я перевести эту песню на украинский.



У меня получилось вот что:

Чому не птаха я
В якої два крила?
В мандрівках без кінця
Стражда душа моя.

Чому не птаха я
В якої два крила,
Яка летить в гніздо
І там відпочива?

Літати маю мов
Я - птаха саме та.
Блукатиму я знов,
Втомлюся без гнізда.
ygam: (Default)
Этгар Керет

Мы с Аннет ебемся в аду

Она дрожала, я дрожал, и земля дрожала. Через дрожь мы чувствовали, как ей выворачивает живот, и что еще мгновение, и ее вырвет. – Скажи им, чтобы они перестали, – умоляла она, гладя меня по жирным и влажным волосам, – пожалуйста, сделай так, чтобы они перестали. Вокруг нас продолжали скакать чертенята, визжа и показывая неприличные жесты. Время от времени, длинный грязный ноготь проезжал по ягодицам одного из нас, всегда в сопровождении отвратительного хихиканья. Я лизал ее сосок, чувствуя во рту жжение серы. Я почувствовал, что ее рука скользит у меня по спине, а может, это была рука одного из чертей. Я с усилием опять высунул язык изо рта, и продолжил спуск по ее телу вниз, стараясь не обращать внимания на вкусы, запахи и звуки. Я дошел до ее срамных мест. Черти захлопали в ладоши и засвистели в экстазе, но я постарался забыть об этом. Я сосредоточился на движениях языком. Она застонала, но ни на мгновение не закрыла глаза. Ее взгляд остановился где-то на потолке – наверное, на огромных слепых летучих мышах, висящих вверх ногами у нас над головой, или на бодрствующих, порхающих по помещению, гадя на лету. Здесь нельзя закрыть глаза ни на мгновение – ни когда спишь, ни когда падаешь в обморок, ни когда спишь с женщиной. И в этом страшном месте есть одна особенность – если ты мужчина, то у тебя всегда стоит, а если ты женщина, то ты всегда влажная, и половой акт превращается в нечто почти непроизвольное, как дыхание, как дыхание спертым воздухом, доводящим легкие до спазма, как рвота.

Один из чертей перепрыгивает через нас, пальцем зачерпывает рвотные массы у нее на животе, подпрыгивает в воздух, и машет другим. Язык продолжает работать, и она все еще стонет. И когда я поднимаю свое тело для того, чтобы в нее проникнуть, мое мужское естество будит спящую крысу. Теперь черти совсем раззадорились. Они перебрасывают через нас куски рвотных масс и помета летучих мышей. Они радуются нашему стыду и терпению, а мы не можем остановиться. Если бы я только в юности слушал проповедника, если бы я только остановился, пока еще мог.

Элиза

Jan. 26th, 2017 09:21 pm
ygam: (Default)
Этгар Керет

Элиза

На мой восемнадцатый день рождения, брат повез меня на блядки. – Если ты для себя кое-чего не сделаешь, – сказал он, – ты так на всю жизнь и останешься девственником. Мы взяли папину машину, и отправились на пляж к блядям. Всю дорогу он пел грубые песни, и давал мне советы из личного опыта. Он еще уродливее меня, мой брательник. У него все лицо жирное и в прыщах с белесыми головками. Ни один его прыщ не залечился. Он сказал, что в первый раз у него это тоже было с блядью. За день до призыва в армию он тоже с парой дружбанов поехал на пляж к блядям. – Раз поебешься, и смотришь на мир другими глазами, – сказал он радостно, и обогнал мусоровоз. – Вот я, к примеру, – он улыбнулся своему отражению в зеркале заднего вида, и отщелкнул в окно шелуху, прилипшую к переднему зубу, – вот я, к примеру…

Мой брат остановился у пляжа, и дал мне триста шекелей (“Это больше, чем нужно, но пусть у тебя будет в кармане на всякий случай”). Гандон. Он дал мне еще несколько последних советов, и потом попросил повторить, чтобы убедиться в том, что я его слушал. Когда я вышел из машины, я из-за волнения с трудом стоял на дрожащих ногах, но каким-то образом смог спуститься по осыпающемуся склону на пляж. Песок на пляже так глубоко оседал под ногами, что я боялся, что у меня не хватит сил из него вытаскивать ноги или даже двигаться. Я застрял. Море внезапно громко и неприятно зашумело, и я испугался, как бы в нем не утонуть. – У вас огонька не найдется, – прошептал поблизости тонкий голосок. Я попытался обернуться на него, но ватные ноги меня подвели, и я упал в песок. – С вами все в порядке, – опять спросил меня голосок, и пухлая рука с браслетом первой помощи помогла мне встать. Рука помогла мне очистить одежду от песка. Мне было страшно неудобно, так как у меня все время стоял, и я боялся, что она это почувствует. Наконец, я смог оторвать глаза от песка, и посмотреть на нее. У нее было красивое лицо, у моей бляди, пухлое, но чертовски красивое. Ее зеленые большие глаза смотрели прямо на меня. – Простите, у меня нет огонька, я не курю. – А, ничего, – усмехнулась она, – я тоже не курю, это просто, чтобы начать разговор. Она подошла поближе на шаг, и поправила мне воротник на рубашке.

Брат мне объяснял, что бляди всегда хотят, чтобы ты быстро кончил, так как они всегда ждут еще клиентов, но эта в принципе так не могла, и после того, как я кончил, она все еще продолжала обниматься и разговаривать, будто никуда не торопилась, и я был единственным в мире. Элиза рассказала мне немножко о своих родителях. Ее папа был моряком, а мама – домохозяйкой. Ее папа всегда хвастался тем, что его папа был капитаном знаменитого корабля, который затонул в море, но в порту ему никто не верил. Элиза божилась, что они правильно делают, так как у них в семье по традиции мужчины бестолковые. Она была чертовски мила, и попросила меня полежать вместе с ней и подождать до рассвета. Она сказала, что рассветы на этом пляже – самое красивое, что есть на свете. Но меня вдруг подняли гудки машины. – Это, наверное, мой брат, – пробормотал я, – он меня ждет. Я внезапно вспомнил все, что мне говорил брат, как надевать… Я разжал потный правый кулак с гандоном в нетронутой упаковке. – Успокойся, – прошептала Элиза, – я не дурочка. Я приняла таблетки. Она достала из кожаного бумажника две новенькие стошекелевые бумажки. – Ты был прекрасен, – она засунула их мне в потную ладонь, – беги к нему, чтобы он не беспокоился. Я ее поцеловал, и обещал прийти через неделю. Когда я вскарабкался вверх по склону, я обернулся к ней, и мы помахали друг другу на прощание. Похоже, она решила подождать до рассвета. В нескольких десятках метров от меня, на высокой горке из гальки сидел заяц; не знаю, как он там удержался; издалека он походил на сигару. – Ты молодец, – подмигнул мне заяц, и я преисполнился гордости. Я поспешил к машине; мой брат сидел за рулем и гудел. Когда он меня заметил, он вышел из машины, и поспешил ко мне. – Сколько у тебя заняло времени, – сказал он. – Я уже стал беспокоиться. Ну, выеб? Элиза мне сказала, что некрасиво говорить “ебать”; нужно говорить “ебаться”, так как это делается друг с другом, а не один другого. – Герой. Он ударил меня по плечу, и открыл водительскую дверь, будто исполняя древнюю церемонию. – С сегодняшнего дня тебя уже никто не посмеет назвать ребенком. Когда мы ехали домой, я вел машину. По радио брали интервью у человека, который переплыл Ла-Манш в стиле баттерфляй, чтобы собрать деньги на поощрение мира во всем мире. А я думал про себя, насколько мой брат прав, и как после того, как раз поебешься, ты смотришь на мир другими глазами.
ygam: (Default)
Этгар Керет

Обезьяна произошла от человека

– Скушай банан, – уговаривает она меня. Не хочу. – Ну, сладкий мой, покажи дяде, как ты кушаешь банан. Чтобы дядя посмотрел, как я ем банан – все, с этим уже завязано. – Извините, доктор Гонен, но с вашей стороны это действительно наглость. Вызвать меня из самого Сиднея, чтобы показать, как он сидит в клетке с закрытыми глазами и пожимает плечами! Вам прекрасно известно, что мое время очень ценно. Я не люблю, когда его расходуют попусту. – Простите, профессор Штром, но я понятия не имею, что с ним случилось. По-моему, он испугался шума, он не привык к посторонним. Если вы подождете снаружи несколько минут, то я уверена, что смогу его разговорить. Не будь так уверена, милая моя, не будь так уверена. – Пять минут, – говорит он; слышно, как удаляются шаги, – пять минут. Дверь закрывается, и ключ поворачивается в замке. – Давай, милый, – она начинает гладить меня по шерсти, – поговори с дядей, покажи ему, какой ты умный. Ее рука касается моих яичек, и у меня встает член. Но я не открываю глаз. – Правда, милый, – она продолжает гладить, – иначе наш проект закроют. Тишина. – И тогда мы уже не сможем быть вместе. Значит, не сможем; у меня есть самоуважение. Она гладит быстрее. Ой, как приятно. Но я не открываю глаз, не произношу ни слова, не сдаюсь. – Пять минут прошли, доктор Гонен, – слышен голос с той стороны двери. Я приоткрываю глаза. Она это замечает, перестает гладить, и приближает лицо. – Как хочешь, так и получишь, – шепчет она. Она вынимает заколку, ее волосы распускаются, и падают ей на плечи. Она их растрепывает. – Здесь многие профессора будут счастливы распилить тебе черепушку, и взглянуть на мозги, – говорит она, – у меня с тобой все покончено, с сегодняшнего дня ты – их. – Доктор Гонен, – раздается голос оттуда, и слышатся попытки повернуть ручку запертой двери. – Профессор Штром, – шепчет она через дверь, и поворачивает ключ, – пожалуйста, зовите меня Яэль. Перед тем, как открыть дверь, она расстегивает верхнюю пуговицу на рубашке. – Яэль, – раздается голос оттуда. Ее губы тихо шевелятся, но я все слышу. – Вот же неторопливая обезьяна, – произносит она.
ygam: (Default)
Этгар Керет

Шлёмик-гомик-в-жопу-ломик

Внештатная учительница сказала всем построиться попарно. Только Шлёмик-гомик-в-жопу-ломик остался один. – Я буду твоей парой, – сказала внештатная учительница, и взяла его за руку. Все пошли в парк, и пока Шлёмик-гомик смотрел на лодки на искусственном озере и на статую гигантского апельсина, птичка нагадила ему на шляпу. – Говно липнет к говну, – закричал Юваль сзади, и все дети засмеялись. – Не бери в голову, – сказала внештатная учительница, и помыла шляпу в фонтане. Потом подошел продавец сладостей, и все у него купили по леденцу. Шлёмик-гомик съел леденец “волнистая волна”, а когда доел, пульнул палочкой между камней тропинки, будто запустил ракету. Потом все дети разбежались по траве, и на тропинке он остался один вместе с внештатной учительницей, устало курящей сигарету. – Учительница, скажите, почему все дети меня ненавидят, – спросил у нее Шлёмик-гомик-в-жопу-ломик. – Откуда я знаю, – пожала она плечами, – я всего лишь внештатная учительница.

Трубы

Jan. 26th, 2017 08:51 pm
ygam: (Default)
Эти переводы я делал, когда изучал иврит; я этот язык так и не выучил, так что в них могут быть ошибки. Сейчас также взгляну на тексты свежими глазами и немного их подправлю.

Этгар Керет

Трубы

Когда я перешел в седьмой класс, к нам в школу пришел психолог, и стал нам давать тесты на профориентацию. Он мне показал двадцать разных картинок одну за другой, и спросил, что с ними не в порядке. По-моему, с ними все было в порядке, но он был упертым, и опять показал мне первую картинку с мальчиком. – Что с картинкой не в порядке, – спросил он усталым голосом. Я ему ответил, что с картинкой все в полном порядке. Он страшно рассердился, и сказал: “Ты что, не видишь, что у мальчика на картинке нет ушей?” Правду говоря, когда я еще раз взглянул на картинку, то заметил, что у мальчика действительно не было ушей. Тем не менее, с самой картинкой все было в порядке. Психолог поставил мне диагноз “серьезные проблемы с восприятием”, и дал мне направление в училище для плотников. В училище выяснилось, что у меня аллергия на стружку, и меня перевели на отделение сварки. В общем, это неплохая профессия, но не то, чтобы особо приятная. Правду говоря, совсем ничего особенного. После окончания учебы, я начал работать на трубопрокатной фабрике. Моим начальником был инженер из технического университета – талантливый малый. Если бы ему показали картинку с мальчиком без ушей или что-то в этом роде, он бы в два счета разобрался, что к чему.

После рабочей смены, я оставался в цеху, мастерил изогнутые трубы, похожие на спутанных змей, и закатывал в них шарики. Я осознавал, что это идиотское времяпрепровождение, и даже не особенно занятное, но я не мог ничего с собой поделать. Однажды вечером, я смастерил длиннющую трубу, со многими изгибами и петлями, и когда я закатил туда шарик, он не выкатился с другого конца. Сначала я подумал, что он застрял внутри, но когда я закатил вовнутрь еще двадцать шариков, я понял, что они просто-напросто исчезли. Я осознаю, что весь мой рассказ звучит чуточку по-дурацки, и что все знают, что шарики просто так не исчезают, но когда я смотрел на то, как шарики закатываются с одного конца, и не выкатываются с другого, мне не было даже странно; мне казалось, что все в полном порядке. И тогда я решил, что построю здоровенную трубу такой же формы, что и эта, и пролезу через нее, пока не исчезну. Когда я об этом подумал, я так обрадовался, что даже засмеялся; думаю, что тогда я засмеялся первый раз в жизни.

С этого дня, я начал работать над гигантской трубой. Я каждый вечер ее строил, а наутро прятал детали на складе. Построить ее до конца заняло у меня двадцать суток; последней ночью я ее собирал пять часов; она получилась длиной в полцеха.
Когда я увидел ее собранной и ждущей меня, я вспомнил свою учительницу обществоведения, которая однажды заметила, что первобытный человек, который первым поднял палку, не был самым сильным или самым мудрым в своем племени, – тем не нужны были палки, – ему она просто была нужнее для того, чтобы выжить и скомпенсировать свою слабость. Не думаю, что на белом свете был кто-нибудь, кто хотел бы исчезнуть больше моего, – поэтому я и изобрел эту трубу. Я, а не гениальный инженер из университета – фабричный начальник.

Я заполз в трубу, и не знал, что ожидает меня на другом конце, – может, там будут мальчики без ушей, сидящие на кучках из шариков, кто знает. Не знаю, что именно произошло в тот момент, когда я пересек определенную точку внутри трубы; знаю лишь то, что теперь я здесь.

Полагаю, что теперь я ангел; на это указывает то, что у меня есть крылья и нимб над головой; таких, как я, здесь еще много. Когда я сюда прибыл, они сидели и играли в шарики, которые сюда закатились через трубу несколькими неделями раньше. Я всегда думал, что рай – это место для людей, которые всю жизнь были хорошими, но это не так. Бог слишком милосерден и великодушен, чтобы так распорядиться. Рай – это место для неспособных быть счастливыми на этом свете. Мне здесь объяснили, что самоубийцы возвращаются обратно на землю, чтобы прожить свою жизнь заново; то, что они один раз себя не нашли, еще ни о чем не говорит; но те, которым никогда ничего не подходит, находят дорогу сюда – у каждого своя дорога в рай.

Здесь есть летчики, которые сюда прибыли из мертвой петли над определенной точкой Бермудского треугольника. Можно здесь найти и домохозяек, которые сюда проникли через заднюю стенку посудного шкафа, и математиков, которые построили деформированное топологическое пространство, и сумели через него сюда протиснуться. И если ты там, внизу, вправду несчастлив, и всякие тебе говорят, что у тебя серьезные проблемы с восприятием, ищи свою дорогу сюда, и когда найдешь, захвати с собой игральные карты, а то нам уже осточертели шарики.
ygam: (Default)
Этот перевод я сделал около 2003 года, перечитал, и почистил в 2013.

ЗЫ: почистил в феврале 2017 года. Боже, сколько там было ляпов!

Джордж Оруэлл

О радости детства

... )

Profile

ygam: (Default)
Илья

October 2017

S M T W T F S
1234567
8910 1112 1314
1516 17181920 21
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 22nd, 2017 02:42 am
Powered by Dreamwidth Studios